«Россия обладает огромными возможностями – их просто, наконец, надо реализовывать»

Может ли агропромышленное производство России конкурировать на мировом рынке? Свое видение в интервью представляет Хайнрих Штайнс, генеральный директор ООО «Джон Дир Русь».

Хайнрих Штайнс, генеральный директор ООО «Джон Дир Русь»

Как бы Вы, человек, который живет в России уже нескольких лет и является генеральным директором одной из ведущих компаний по производству сельхозтехники, охарактеризовали текущую ситуацию в сельском хозяйстве России?

По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций в России около 10% мировых площадей сельскохозяйственного назначения – 120 млн га. Тем не менее, доля России в мировом производстве зерновых составляет лишь три процента, овощей – один процент, и молока – четыре процента. Тем самым возможности этой огромной страны используются далеко не полностью.

Что же является причиной этого?

Аграрный сектор сильно раздроблен и в последние два десятилетия всегда немного отставал от сырьевого сектора. С 1992-го по 1998 год производство упало на 40%. В Советском Союзе, по имеющимся оценкам, каждый пятый человек работал в сельском хозяйстве, сегодня же это всего семь процентов. Кроме того, свою роль сыграло и уменьшение субсидирования из-за вступления в ВТО.

Потенциал сельского хозяйства страны огромен. Россия не только могла бы прокормить себя в будущем, но и внести существенный вклад в обеспечение продуктами питания ожидаемых к 2050 году девяти миллиардов человек. Это требует, однако, устойчивых структурных изменений.

Основная проблема российской агропромышленности – это недостаточно развитая инфраструктура. Какие дополнительные меры могли бы способствовать более быстрой модернизации в сельском хозяйстве?

Сегодня сельское хозяйство является по-настоящему глобальным бизнесом. Чтобы быть конкурентоспособным, крайне необходимы низкие затраты на логистику. Возьмем в качестве примеров железнодорожную монополию и договорные условия обслуживания контейнеров в портах. Обе области, по сравнению с мировым рынком, не являются конкурентоспособными. Также оставляет желать лучшего и состояние дорог в сельской местности.

Еще одной причиной является отсутствие эффективных механизмов рыночного ценообразования. Например, важным шагом было бы создание товарной биржи по фьючерсным сделкам. Требуют проработки и такие темы, связанные со структурными проблемами, как высокая доля мелких фермеров, доминирование на рынке торговых сетей и высокий уровень нормативной неопределенности. Кроме того, сегодня не хватает умеренной, но устойчивой политики субсидирования.

С введением продовольственного эмбарго в прошлом году российским фермерам неожиданно открылись выгодные возможности. Или это не так?

Есть, конечно, некоторые области, которые в краткосрочной перспективе извлекли выгоду из введения эмбарго, например, молочная промышленность, и, особенно, производство сыра. Тем не менее, у нас нет информации об отраслях, где произошло бы устойчивое улучшение. Структурные изменения в сельском хозяйстве не происходят в одночасье – на это уходят годы.

Значит, для европейских экспортеров возвращение на российский рынок после отмены эмбарго будет достаточно легким?

Это в значительной степени будет зависеть от продолжительности запрета. Если эмбарго будет снято в конце года, возвращение европейской продукции не вызовет проблем. Однако чем дольше будет продолжаться эмбарго, тем выше риск замещения. Тем не менее, следует отметить, что многие продукты в действительности до сих пор не исчезли, а просто нашли другие каналы импорта.

«Потенциал сельского хозяйства страны огромен. Россия не только могла бы прокормить себя в будущем, но и внести существенный вклад в обеспечение продуктами питания ожидаемых к 2050 году девяти миллиардов человек. Это требует, однако, устойчивых структурных изменений.» – © Thommy Weiss/pixelio.de

В настоящее время ключевым является понятие «импортозамещение». В какой мере, по Вашему мнению, эта стратегия имеет смысл?

Импортозамещение – не слишком хороший способ в области товаров промышленно-технического назначения. Эта стратегия не направлена на решение структурных проблем в сельском хозяйстве или других промышленных отраслях в России. Она разве только задерживает развитие наиболее конкурентоспособных предприятий и товаров.

Как на сегодняшний день обстоят дела Вашей компании в России?

У нас сейчас в России два завода, торговый дом и склад запасных частей. Один из наших заводов недавно получил от Министерства промышленности и торговли статус «Сделано в России». Это был трудный путь. Сама сертификация прошла относительно без проблем. Однако подготовка была очень трудоемкой, особенно понимание и толкование правовых требований. Одной из самых больших проблем в локализации по-прежнему является квалификация российских поставщиков. Чтобы на самом деле осуществлять производство, необходимо иметь хорошую базу поставщиков.

Мы особенно гордимся нашим складом запчастей. У нас на складе на данный момент находится около 80 тыс. позиций деталей для всех наших продуктов. Каждый клиент от Владивостока до Смоленска должен и может получить необходимую запчасть в течение 24 часов.

Повлияли ли санкции на ваш бизнес?

Западные санкции в самом начале затронули наш бизнес по продаже запасных частей, и прежде всего, так называемые товары двойного назначения. Между тем были получены соответствующие экспортные лицензии, и наши бизнес-процессы снова протекают относительно гладко.

Насколько целесообразным путем в данной ситуации является локализация?

Девальвация рубля делает локализацию необходимой. Однако, общие условия для ее осуществления все еще неудовлетворительны. За последние недели в этом направлении начались подвижки в нескольких министерствах. Дискуссии по локализации стали менее эмоциональными и более целенаправленными. Тем не менее, нам предстоит пройти еще долгий путь.

О России говорят, что она в своих экономических интересах все более склоняется в сторону Китая. Что Вы думаете по этому поводу?

Любовь к Китаю, кажется, уже идет на убыль. Это был, однако, настойчивый флирт. Но теперь все вернулись к реальности. Тем не менее, Китай вполне может играть значительную роль, когда речь идет о долгосрочном финансировании крупных проектов с помощью государственных средств.

Какой рецепт выписали бы Вы российской экономике?

Россия обладает огромными возможностями. Эти возможности надо просто, наконец, реализовывать. Страна нуждается в реальном стратегическом плане инвестиций и устойчивых структурных изменениях и реформах, прежде всего, для правовой определенности. С одной стороны, Россия должна быть достаточно привлекательной для инвесторов. С другой стороны, необходимо создать приемлемые условия для молодых людей, чтобы они оставались жить и работать в России – и не только в крупных городах, но и в сельской местности.

Вопросы задавали Давид Хоффманн и Лена Штайнметц,
Российско-Германская ВТП