Stada: «Россия – второй по значимости рынок для Stada после Германии»

Немецкий фармацевтический концерн Stada вложил в Россию более миллиарда евро, став одним из основных иностранных инвесторов в стране. В интервью исполнительный вице-президент Stada по региону Россия/СНГ (с середины 2020 года) Штефан Эдер рассказал о причинах своего переезда из Австрии в Россию, а также о том, зачем Stada вкладывает такие большие средства в столь рискованный рынок и какова стратегия компании на будущее.


Это интервью из ежегодного журнала ВТП «100 вопросов и ответов о бизнесе в России» (2020). 
Здесь в формате интервью компании рассказывают о себе, дают оценку отдельных отраслей в частности и российского рынка в целом.


Господин Эдер, с середины 2020 года вы являетесь исполнительным вице-президентом немецкого фармаконцерна Stada по региону Россия/СНГ. Ранее вы занимали должность генерального директора Hexal – «дочки» швейцарского фармацевтического гиганта Novartis. Почему вы решили переехать в Россию, и что привлекло вас в Stada?

Я убежден, что наша система здравоохранения держится на дженериках – доступных по цене копиях препаратов с истекшим сроком патента, а также на безрецептурных медикаментах. В этой области Stada входит в число наиболее динамично развивающихся компаний мира и имеет большие амбиции роста. Впечатляет и объем средств, вложенных Stada за последние годы в приобретение различных активов. Мне интересно быть частью этого. Но у меня была еще и личная причина переехать именно в Россию: моя жена – русская, у нас двое детей, которые имеют как австрийское, так и российское гражданство. Дать детям возможность пожить и в России – приятный сопутствующий эффект моей новой работы.

Stada инвестировала в Россию в общей сложности более миллиарда евро, став крупнейшим иностранным инвестором в фармацевтическом секторе. Почему вы возлагаете такие большие надежды на российский рынок?

Россия – второй по значимости рынок для Stada после Германии. Самая большая по площади страна мира обладает огромным экономическим потенциалом. При этом население испытывает большую потребность в качественных лекарственных средствах. И мы можем внести существенный вклад в обеспечение этой потребности. В связи с высокой активностью нашей деятельности в России мы считаемся системообразующим игроком, который имеет большое значение как для российской системы здравоохранения, так и российских пациентов.

В Stada работают 12 тыс. сотрудников, более четверти из них – в России. Не считаете ли вы опасным такую сильную ориентацию вашей бизнес-модели на страну, известную также и своими высокими рисками, такими как колебания валютных курсов, санкции и протекционизм?

Вы правы, в последние месяцы мы были свидетелями обесценивания рубля, падения цен на нефть, ограничений в связи с коронавирусом и низкой покупательной способности. Но я считаю, что главное – это средне- и долгосрочная перспектива. Россия известна не только своими рисками, но и повторяющимися периодами высокой экономической активности. Убежден, что те компании, которые во время кризиса осуществляют инвестиции и поворачиваются к рынку лицом, после окончания кризиса окажутся в выигрыше.

В 2019 году вы за почти 600 млн евро приобрели портфель препаратов вашего японского конкурента Takeda в России. Это стало крупнейшим приобретением в истории вашей компании. Что подтолкнуло к принятию этого стратегического решения?

Во-первых, мы стремимся к дальнейшему укреплению наших позиций в России, которая является для нас важным стратегическим рынком. Во-вторых, в портфель Takeda входят различные терапевтические сегменты, которые идеально подходят к нашей продуктовой линейке и дополняют ее. Приобретение этого актива позволило нам выйти на первое место в России в сфере Consumer Health, то есть на рынке безрецептурных лекарственных средств.

Почему дженерикам отводится столь важное место в портфеле Stada?

Дженерики появляются на рынке после истечения срока патентной защиты того или иного лекарственного препарата. В результате за счет конкуренции потребитель получает более выгодные цены. Я считаю дженерики неотъемлемой частью системы здравоохранения, потому что они доступны в т. ч. и для людей с низкими доходами. Это, в свою очередь, позволяет улучшить финансирование новых продуктов и инноваций. Одним словом, дженерики и безрецептурные препараты абсолютно необходимы. На многих фармацевтических рынках их доля доходит до 80%.

Как Stada справилась с корона-кризисом? Столкнулась ли компания с перебоями в поставках или остановкой производства?

В начале корона-кризиса мы заявили о твердом намерении обеспечить нашим пациентам гарантированный доступ к лекарствам. И нам это удалось. Несмотря на закрытие границ, наши заводы продолжили работать без перебоев. Конечно, ситуация с поставками была напряженной, например, у нас возникли трудности с импортом некоторых активных веществ из Индии. Однако опасения по поводу недостаточной устойчивости глобальных цепочек поставок в конечном счете оказались беспочвенными. Еще одним немаловажным аспектом было и то, что нам удалось обеспечить безопасность наших сотрудников, которая была и остается нашим главным приоритетом.

Может, в чем-то кризис даже пошел на пользу?

В результате ажиотажного спроса наши продажи в марте существенно возросли, особенно это коснулось таких безрецептурных обезболивающих, как парацетамол и ибупрофен, а также иммуностимуляторов. Однако уже в следующем квартале спрос был соответственно меньше, так как потребители к тому времени еще пользовались приобретенными ранее препаратами. Снижение наблюдалось и по другим группам лекарств, в частности по некоторым рецептурным препаратам, поскольку во многих регионах пациенты не могли попасть к врачу. Вот почему корона-кризис стал серьезным вызовом прежде всего для людей, страдающих хроническими заболеваниями.

Более широкое применение телемедицины могло бы помочь пациентам в доступе к необходимым лекарственным средствам, в том числе и во время кризиса.

С этой точки зрения коронавирус привел к ускорению процесса цифровизации. Теперь уже весь мир знает, что такое Zoom и Teams, а пациентам необязательно лично приходить в аптеку или к врачу, а можно обращаться к ним в цифровом формате. В этом я вижу большие возможности.

Какова стратегия Stada на будущее?

Наша стратегия в России и СНГ предельно ясна: мы занимаем первое место в секторе Consumer Health и намерены не только сохранить, но и расширить и упрочить эти позиции. В секторе розничной торговли, включающем в себя все, кроме тендеров, мы в настоящее время входим в первую пятерку, но намерены и здесь стать первыми. Для достижения этих целей мы планируем еще сильнее фокусироваться на клиенте, продолжать расширять наш портфель, а также повышать бережливость организации и эффективность процессов.

Интервью провел Торстен Гутманн.

Назад

Контакт

Торстен Гутманн

директор департамента коммуникаций